Фотоархив > На службе отечеству > Книга 1
Рассказ о Надежде Михайловне ПЕРЕВЕРЗИНОЙ
Ее зовут Надеждой. Возможно, имя стало символом в ее судьбе и помогло выжить в немыслимых условиях.
Война застала семью Надежды Михайловны Переверзиной (девичья фамилия Михеева) в Белоруссии. Маленькая деревушка Стырики в Суражском районе, Витебской области, была родиной многодетной семьи, где Надя была пятым ребенком.
Отец, рабочий стеклозавода, ушел в партизаны. Предатели выдали. Фашисты с такими семьями не церемонились: как политзаключенных отправили в концлагерь. Ехали в товарных вагонах для перевозки скота: тут же на соломе болели и умирали; не было ни еды, ни питья. На станцию, за водой, если кто отправлялся, то родные оставались заложниками.
207
Было Наде тогда пять лет. Горькие названия концлагерей помнит по воспоминаниям старших. Самый страшный — Освенцим, лето 1943 г., а до этого Патулица и Литманштадт.
В Освенциме устроили жестокую сортировку. Детей отнимали у матерей. Мать Нади бросилась к своему ребенку — получила удар прикладом по голове; еще раз — еще удар; бабушку убили.
Об Освенциме много написано. И все-таки нельзя спокойно слушать эти воспоминания. У взрослых и детей отобрали все вещи, раздели догола; остригли, отправляя на санобработку.
После этого — кошмарные наколки. Человек лишался имени и становился просто номером. У Надежды Переверзиной до сих пор сохранился на руке этот номер — 65914. Накалывали, как уголовникам,— иглой с тушью. Дети заходились от боли в страшном крике.
Поселили в бараках с трехэтажными нарами. Вся жизнь по команде: с раннего утра на аппель (площадь) для переклички. Тут же сортировка: больных, что не могли стоять,— в крематорий; взрослых на работу; детей — в бараки, сидеть у своих нар, если не было заданий. Могли заставить плести плетки, которыми их наказывали, ставили на колени; или упражнения: «ложись», «вставай».
Одежда — жесткая спецуха, обувь — деревянные колодки. Чем питались — скот кормили лучше.
И все-таки люди жили надеждой на освобождение, которое и пришло 27 марта 1945 г., когда наши войска подошли к этим местам. А накануне фашисты планировали взорвать концлагерь; намеревались отравить детей, но у кого-то дрогнула рука.
Освободители при отправке узников на родные земли сумели одеть ребятишек в немецкие бушлаты. И горько было слышать бывшим юным пленникам от своих сверстников непримиримое: «Бей фашистов!»
Если бы на этом закончились испытания Надежды... Разрушенная врагами Белоруссия мало чем могла помочь возвратившимся бывшим узникам концлагерей. Надежда все еще была разлучена с матерью и сестрой. С апреля 1945-го по 1947 год воспитывалась вместе с братом и сестрой в Саратовском детдоме. Беспризорники, несовершеннолетние уголовники, круглые сироты — дети войны — вот с кем пришлось провести эти годы Надежде. Но уже тогда проявлялись в ней задатки лидера. Назначили вожатой в детдомовский отряд с худой славой, но справедливым отношением завоевала доверие ребят. Это они прятали ее несколько дней, чтобы не остригли ее красивые кудри (в борьбе со вшами). Дисциплина и порядок в отряде были обеспечены.
Только в 1947 году семья после возвращения матери смогла собраться. Стал вопрос: как не умереть с голоду? Матери с малолетними сестрами и братом Нади пришлось нищенствовать. Позднее брат
208
старался подрабатывать на стройках. Нищенкам добрые люди могли дать только морковь и свеклу. Удачей считалось, если у хозяйственного мужичка можно было заработать картофель на уборке — 9 ведер хозяину, 10-е — себе.
Довелось Надежде потрудиться на торфозаводе, была и пастушкой. И не бросала учебу, а после десятилетки устроилась на Витебскую швейную фабрику. Здесь стала одной из первых ударниц. Училась в Витебском техникуме легкой промышленности, а затем, в поисках новой судьбы, поехала в Магнитогорск («...зовет гора Магнитная...»). Здесь и замуж вышла в 1961 г.
А эта страничка ее биографии относится уже к жизни в нашем городе, куда она приехала с мужем в 1963 году. В этом же году родился сын. До поступления в институт прошло десять лет добросовестной работы в сфере бытового обслуживания — технолог, экономист, руководитель производства. Училась заочно в Высшей профсоюзной школе по специальности «Экономика труда». В 1977 г. стала дипломированным специалистом-экономистом. И когда в 1982 г. встал вопрос о руководителе вновь созданной швейной фабрики «Горизонт» — им стала Надежда Михайловна. Узница концлагеря, нищенка, бывшая пастушка прошла нелегкий путь. Всего добилась сама: училась и учила, старалась бережно относиться к людям, с которыми сводила ее судьба.
Совсем не просто было выдержать испытание на перестройку и новые экономические реформы. Было все... Предприятие неплатежеспособно, с долгом более 10 миллионов рублей, да еще штрафные санкции на 5 млн. О зарплате работников нельзя говорить без слез.
Такую безрадостную картину представляла тогда фабрика. И люди, находившиеся на грани отчаяния, поверили Надежде Михайловне. Ни один не уволился. Прежде в производстве шла в основном спецодежда. Теперь же стали держать руку на пульсе времени — две трети изделий — это товары народного потребления. Чтобы выжить, взяли солидный кредит в банке под немалый процент. Хорошо, что местные банкиры, зная надежность Переверзиной, выдали кредит без залога и гаранта. Но выдержали — с первым кредитом рассчитались в срок; взяли снова. Искали платежеспособных оптовых покупателей в своей и в соседних областях. Ткани покупали в Москве и Иваново. Отдел снабжения и сбыта крутился на больших оборотах.
Летом 1994 г. рассчитались с очередным кредитом; купили автофургон. Становятся на ноги твердо.
В нашем городе нет, наверное, семьи, где не было бы изделий фабрики — от постельного белья до халатов и рубашек. Налажен пошив эффектных камуфляжных костюмов. Коллектив идет в ногу со временем. Фабрика стала акционерным обществом.
209
Не совестно оглянуться Надежде Михайловне Переверзиной на прожитые годы, за которыми кроется много горя, труда, сбывшихся и несбывшихся надежд. И заслуженное уважение от людей, потому что умеет слышать чужую боль и вместе с коллективом готова прийти человеку на помощь.
Нужна срочная операция ребенку — фабрика выделила работнице материальную помощь.
Находятся средства и на оплату дорогих, но крайне нужных лекарств сотрудникам.
Жизнь продолжается. Дружный коллектив фабрики со своей продукцией давно вышел за пределы города. Старается работать без брака и рекламаций. Стремится сделать лучше для людей.
В этом смысл и цель жизни нашей землячки и труженицы Надежды Михайловны Переверзиной, бывшей узницы Освенцима.
Л. СОБКО