Фотоархив > На службе отечеству > Книга 2
О научном руководителе РФЯЦ-ВНИИТФ, действительном члене РАН Аврорине Е. Н.
Года три назад на научной конференции по теме «Урал атомный» биолог из Новосибирска в пылу полемики обвинил атомщиков, как говорится, во всех смертных грехах. Он сказал: «Тех, кто создает ядерное оружие, надо расстреливать, а тех, кто пытается использовать ядерные заряды в мирных целях, — вешать». В зале наступила мертвая тишина. После него выступал Е.Н. Аврорин. Свое выступление об использовании идей и опыта работы института Е.Н. Аврорин начал словами «Это меня надо сначала повесить, а потом расстрелять».
Спокойно, как всегда убедительно, он говорил, что созданное для войны атомное оружие долгое время было средством угрозы. Сегодня ученые отдают все силы, чтобы ядерные заряды использовались только в мирных целях и
4
этому он посвятил жизнь.
Вскоре после конференции в газетах появилось интервью, в котором Евгений Николаевич рассказал о научных исследованиях по атому в нашей стране и в США.
Ответил Евгений Николаевич и на вопросы корреспондента о себе, о том, как он пришел в атомную науку.
Евгений Николаевич Аврорин родился в 1932 году в Ленинграде. После окончания средней школы учился в университете — сначала в Ленинградском, затем — в Московском. Специальные курсы и отдельные лекции читали академики В.И. Смирнов, Л.Д. Ландау и другие выдающиеся ученые. Они дали глубокие знания, развили интерес студента к науке, к творчеству.
В 1955 году окончил МГУ. Его послали в Арзамас-16. Тогда он пытался изменить это направление — ему предлагали аспирантуру, но его научный руководитель убедил его остаться.
Е.Н. Аврорин вспоминает:
— В Арзамасе-16 мне было очень интересно: прекрасная атмосфера, неординарные люди. Первым следует назвать Я.Б. Зельдовича, он был начальником сектора. А.Д. Сахаров был более замкнут, меньше общался с молодежью, хотя принимал участие в обсуждениях. Я работал в секторе А.Д. Сахарова. Там было очень много интересных людей, и работа хорошо пошла. А это очень важно для молодого человека (я туда приехал, только что получив диплом).
Это было в феврале, а в сентябре в составе первого эшелона Е.Н. Аврорин переехал в Челябинск-70 (тогда еще Касли-2).
Приехал он на 21-ю площадку, где раньше работал Тимофеев-Ресовский в так называемой «Лаборатории Б». В двух зданиях бывшего санатория в годы войны находился госпиталь. Здесь и разместился будущий научно-исследовательский институт. Приехавших прямо-таки очаровала живописная местность — озеро, лес, вдали горы.
Как рассказывает Е.Н. Аврорин, первое время, когда в Арзамасе-16 оставались многие отделы, а с ними — лаборатории и вся экспериментальная база, приехавшие сотрудники были вынуждены результаты своих работ посылать в Арзамас-16, ожидая ответа.
В 1958 году пришел последний эшелон и работа ускорилась. ВНИИП с этого времени начал самостоятельную жизнь. Неподалеку от 21-ой площадки широким фронтом развернулось строительство — возводился вычислительный центр, заводские цеха, здания конструкторских и научных секторов и другие производственные сооружения, а также жилые дома, социально-бытовые объекты будущего города.
С первых дней своей работы Е.Н. Аврорин активно включился во все
5
сферы деятельности института. Он под руководством начальника отдела выполняет отдельные задания. В ноябре 1955 года молодого специалиста посылают на испытания водородной бомбы. Ему поручили серьезный участок работы над этим оружием, и он должен был действовать самостоятельно.
Это было его первое присутствие на ядерных испытаниях. О результатах своей работы он докладывал государственной комиссии, в составе которой был М.В. Келдыш.
В таких поездках накапливалось много фактического материала, который требовалось проанализировать, обобщить, проверить и перепроверить, а уж затем представить отчет.
Из одного такого отчета родилась кандидатская диссертация. Дело обстояло таким образом. Начальник отдела А.Д. Сахаров подсказал идею одного физического опыта. Я.Б. Зельдович, руководивший сектором, развил ее. Смысл состоял в том, что ядерный взрыв можно использовать для изучения веществ в экстремальных условиях, то есть при таких давлениях и температурах, которые невозможно получить в земных условиях — они имеются только на солнце, вообще на звездах (точное название темы и ее содержание пока секретны).
Первый физический опыт провел Я.Б. Зельдович.
Второй опыт — уже во ВНИИП в 1957 году, и Е.Н. Аврорин принимал в проведении его активное участие. Как он говорил, создалась любопытная ситуация:
— Я, по сути вчерашний студент, приезжал из Челябинска к нашим конструкторам (они еще оставались в Арзамасе) и объяснял им суть дела. Они тут же заявляли, что этого сделать нельзя. Тогда главный конструктор замечал: «Об этом мы поговорим позже, а сейчас внимательно слушайте его...»
Без технических подробностей Е.Н. Аврорин так рассказал корреспонденту одной газеты суть темы:
— Ядерный заряд помещается в камеру, где находятся образцы испытываемых материалов. Когда происходит взрыв, то по их образцам идет ударная волна и по ее интенсивности можно судить о свойствах этих веществ. Возникает свечение, которое регистрируется высокоскоростной камерой. Кроме того, от свойств веществ зависит распространение свечения по камере и если ее делать какой-то необычной формы, «трубой», к примеру, то по падению температуры вдоль «трубы» уже можно судить об оптических свойствах вещества.
Докторская диссертация, защищенная в 1974 году также в стенах ВНИИП, имела темой разработку «промышленного заряда». Удалось найти метод, с помощью которого можно зажечь газообразный дейтерий. Практически можно получать любую мощность.
Научные работы Е.Н. Аврорина находились в русле главных направлений
6
атомной науки, и они имели важное значение. Их высоко оценило Правительство.
За значительный вклад, который внес он в науку, за успешное выполнение ответственных заданий Евгений Николаевич награжден орденами Ленина (1987 г.), Трудового Красного Знамени (1956 г.). В 1966 году ему присвоено звание Героя Социалистического Труда. В 1963 году удостоен Ленинской Премии. В 1992 году он избран действительным членом Российской Академии Наук.
Одновременно повышалось его служебное положение — с должности научного сотрудника он выдвигается начальником отделения — заместителем научного руководителя, затем назначается научным руководителем института, а с 1996 года — одновременно и директором ВНИИТФ*.
Есть определенные сложности в том, что Е.Н. Аврорин совмещает должности научного руководителя и директора института: много времени и сил отнимает административная служба, решение экономических, финансовых и подобных вопросов, тем более что ими ему ранее заниматься не приходилось. Но надо понимать и то, насколько удобно в одних руках сосредоточить и научные, и производственные, и экономические, и административные рычаги, — не надо согласовывать с другими руководителями или перекладывать на иные плечи трудные и важные вопросы, гораздо удобнее и быстрее все самому прикинуть в уме, второстепенное подчинить главному, а детали перепоручить или уточнить. Конечно, сочетание двух решающих должностей сжимает рабочее время одного человека, ограничивает его возможности для более широкой деятельности в какой-то одной из них. Тут решающую роль приобретает четкое распределение обязанностей между заместителями, и хорошо, что все они знают институт, его задачи, и работают здесь продолжительное время.
Разумеется, как признал Евгений Николаевич, приходится жертвовать личным временем, сокращать время занятий наукой и опытным производством, где имеются знающие помощники и дело поставлено не вчера. Понятно, что административные, экономические и особенно финансовые дела в наше время стали трудными и сложными. Как видно из бесед с Евгением Николаевичем, именно этими проблемами заняты не только рабочие часы, но и выходные дни, даже отпуска.
— Нельзя же бросить многотысячный коллектив трудящихся института, а с ним и всех жителей города, связавших свою жизнь и судьбу с институтом, на произвол и беспредел сегодняшних невзгод. И это не громкие слова, это повседневный труд, стремление во чтобы то ни стало положительно повлиять на ход событий, — Евгений Николаевич произносит эти слова бодро, искренне.
*Е. Н. Аврорин работал директором ВНИИТФ до 16 декабря 1998 г.
7
Если говорить об основных направлениях научной деятельности Евгения Николаевича, то сводятся они к следующим:
— создание ядерных боеприпасов;
— устройство с минимальной остаточной радиацией для использования ядерных взрывов в промышленных целях;
— изучение свойств веществ в экстремальных условиях;
— проблемы лазерного термоядерного синтеза.
Как научный руководитель института Е.Н. Аврорин принимал активное участие в международной деятельности по проблемам ядерных вооружений (т.е. разоружение и контроль).
Из печати хорошо виден значительный его вклад в разработку протоколов к советско-американским договорам 1971 и 1976 гг. об ограничении и контроле подземных и мирных взрывов.
В процессе этой части работы Е.Н. Аврорин неоднократно вылетал в США, имел контакты с коллегами из Лос-Аламоса и Ливермора. Кстати, при этом оказалось, что научно-технический уровень проводимых экспериментальных взрывов в Неваде и Семипалатинске у них и у нас весьма близок. Для американских ученых было удивительно, что технические средства у нас достаточно хорошие, а специалисты — высокого класса. В результате сразу установились равноправные и уважительные отношения. Подобные нормальные отношения взаимовыгодны.
В настоящее время, продолжая творческий поиск, Е.Н. Аврорин с группой сотрудников 1-го отделения ведет интересные научные изыскания по новым направлениям, касающимся мирного использования атомной энергии.
Для института немаловажное значение имеет такая работа — группа научных сотрудников ВНИИТФ принимает участие в строительстве самого большого в мире ускорителя в Женеве, строящегося одновременно несколькими странами.
Совместными усилиями в последнее время удается изменить к лучшему положение института. Меняется к лучшему отношение Министерства, сумели увеличить задел для работ в первую очередь по основной тематике, изыскиваются дополнительные источники финансирования. Возможно, что такие перемены временные, но принимаются меры, чтобы это время длилось подольше.
Видный ученый России, с большим оптимизмом принявший руководство уникальнейшим научным центром, настроен по-деловому. Руководители и коллективы института полны решимости выполнить основную задачу ВНИИТФ по поддержанию ядерного арсенала страны в надежном и безопасном состоянии.
Когда в конце августа в институт приезжал министр по атомной энергии Е.О. Адамов сказал, что он считает Е. Н. Аврорина одним из самых работоспособных в отрасли руководителей.
8