Фотоархив > На службе отечеству > Книга 3
О Льве Леонидовиче Кизине
В автобиографии, написанной Львом Леонидовичем в 1938 г., он написал: «Родился в 1913 г. в г. Санкт-Петербурге. Отец работал на заводе Симменс-Шуккерта чертёжником-конструктором, мать — домохозяйка. В 1918 г. у отца открылся туберкулез и завком послал его лечиться в Вятскую губернию. В селе Хороши он работал в больнице. В 1922 г. семья переехала в г. Глазов, отец заведовал клубом, а с 1924 г. работал преподавателем. В том году я пошел в школу, сразу в 5 класс (до этого учился дома). Девятилетку кончил в 1929 г. В тот год семья переехала в г. Ижевск. Я встал на учет на бирже труда. В мае 1930 г. меня направили в школу бригадного ученичества Ижевского завода в сталелитейный цех учеником. Я вступил в комсомол. В 1931 г. меня назначили первым подручным сталевара, а в июне 1932 г. —
113
сталеваром на только что сооруженную электросталеплавильную печь.»
Ижевский завод в те годы специализировался на выпуске металлорежущих станков, мотоциклов, охотничьих ружей и инструментов. Потребности цехов в металле обеспечивались собственным сталеплавильным цехом.
«Я работал, — писал он далее, — бригадиром хозрасчетной бригады, которая стала впоследствии комсомольской. В ней было 36 человек. Трудились слаженно, добились высоких показателей. За хорошие результаты и передачу опыта другим бригадам я и вся бригада неоднократно премировались. В 1933 г. бригада получила Переходящее Красное Знамя, а в 1934 г. — занесена на Доску Почета. Конечно, не все было гладко в работе, случались неприятности и даже травматизм...
В июне 1934 г. руководство завода командировало меня на учебу в индустриальный институт в г. Ленинград. Экзамены сдал успешно, был принят и учился старательно. В 1936 г. в числе отличников я был переведен в Военно-воздушную академию имени Жуковского. В ней готовились инженеры для военно-воздушных сил. Преподавали нам известные ученые. Многие из них издали печатные труды, мы изучали их. Их лекции и другие занятия отличались не только глубоким теоретическим содержанием, но и богатым практическим багажом. Излишне говорить, что курсанты ловили каждое их слово. Не случайно из стен Академии вышло немало знаменитостей. Учился я усердно, благо условия для учебы были нам созданы хорошие. За успехи в учебе меня отмечали, наградили часами».
Годы учебы пролетели быстро, вот уже и 5-й курс, выпускной.
Из характеристики того времени:
«Слушатель 5 курса Кизин Л. Л. учился усиленно, на экзаменах получил отличные и хорошие оценки. Отличается большой работоспособностью и трудолюбием. Обладает хорошим общим и политическим развитием.
Награжден знаком «Отличник РККА».
Выводы:
1. Достоин присвоения внеочередного воинского звания;
2. Рекомендуется для использования помощником командира эскадрильи по технической эксплуатации.»
Л. Л. Кизин был выпущен из Академии со званием военинженер 3-го ранга.
Затем был, как тогда полагалось, прием в Кремле, где с поздравлением и напутствием выступил И. В. Сталин.
После Академии Л. Л. Кизин получил назначение в авиацию дальнего действия (АДД). Он отбыл в г. Бузулук Оренбургской
114
области, где формировался его авиаполк, и назначается помощником командира эскадрильи по технической эксплуатации. После сформирования полк перебазируется в Прибалтику.
Быстро проходит время на службе: прием материальной части, подготовка ее к полету, проверка после посадки, работа по устранению неполадок, общение с подчиненными и летным составом...
Осенью на молодого специалиста новая характеристика:
«Помощник командира эскадрильи 98-го авиаполка военинженер 3 ранга Л. Л. Кизин быстро освоил и успешно руководит эксплуатацией ранее неизвестной ему материальной части. Самолеты содержатся в состоянии боевой готовности. По уходу за ними, руководимый им техсостав, занимает одно из первых мест в части. Лично хорошо подготовил подчиненный техсостав по освоению матчасти. Отказов, поломок, невыходов матчасти по вине техсостава нет. За хорошее обеспечение матчасти к полету имеет благодарности... Вывод: должности соответствует.
Обстановка в Прибалтийском приграничном округе с каждым днем осложняется.
И вот 22 июня 41-го грянула война. Самолеты готовы к боевым полетам. И они начинаются с первого дня: эскадрилья участвует в бомбардировке наступающих немецко-фашистских захватчиков.
Самолет силен не только смелостью пилота и достоинствами аппарата — немалая часть его успеха в небе закладывается на земле инженерами, техниками, оружейниками и другими помощниками экипажа. Отлично понимая эти истины, помогая летчику стать победителем в воздухе, Лев Леонидович и его команда делали все необходимое, чтобы матчасть не подвела. Боевые полеты следуют один за другим: бомбежка кораблей, штурмовка вражеских колонн, налеты на скопление войск... И вдруг приказ: готовить самолеты на бомбардировку Берлина! Всех охватил восторг. Но техникам и инженерам, всем, кто готовит самолеты к полетам на 2—3 часа, теперь-то надо их готовить к рейсам с максимальной длительностью 6—8 часов!...Какова ответственность!
Это был героический коллективный подвиг летчиков Балтики и АДД!
Идея воздушных налетов на вражескую столицу родилась в штабе, ее поддержали. Сначала это сделали морские летчики. 15 самолетов ДБ-3 и ДБ-ЗФ из полка Е.Н. Преображенского, совершившие первый налет ночью с 7-го на 8-е августа. Затем к ним присоединились другие группы: 9 самолетов АДД и 5 из дивизии М. В. Водопьянова. Эти группы готовились к полетам командой, в которой служил Л.Л. Кизин. Сложность полетов была исключительной: расстояние в один конец почти 900 км, высота полета 7 км, почти весь
115
полет над морем и ночью, более половины пути при противодействие авиации и зенитной артиллерии противника. Группа самолетов АДП под командой генерала Жаворонкова совершила 9 вылетов на Берлин Все самолеты вернулись на свои базы: техника не подвела. Фашистская пропаганда, стараясь оправдать беспомощность Геринга, якобы уничтожившего всю советскую авиацию, приписывала эти бомбардировки англичанам. В книге воспоминаний адмирала Н. Г. Кузнецова «Курсом к победе» рассказывается об этих полетах, как детально подготовить операцию требовал И. В. Сталин: «Ставка утвердила предложение. Вы лично отвечаете за выполнение плана операции» — было сказано мне».
В книге «Над тремя морями» генерал П. И. Хохлов, летавший штурманом в этих полетах, описывал момент бомбежки Берлина: «Передаю командиру полка: Под нами Берлин. — Вижу, — отвечает он и подает команду: Рассредоточиться, выходить на цель самостоятельно. Когда наш самолет подошел к цели, нажимаю кнопку. Бомбы одна за другой пошли вниз — это вам, господа фашисты, за Москву, за Ленинград, за советский народ! — кричу и все еще жму на кнопку».
Время в пути около 7 часов. Расчетного количества бензина должно было хватить только на безукоризненно выдержанный маршрут. А что касается материальной части — вся надежда была на техников, на инженерную часть. Именно эту часть представляла служба, в которую входил и военинженер Л. Л. Кизин. И эта служба не подвела.
О первых месяцах войны, о том, как действовала АДД, подробно рассказывал в своих воспоминаниях ее тогдашний командующий маршал авиации А. Е. Голованов. Помимо бомбардировок Берлина, Кенигсберга и других городов Германии, летчики постоянно бомбили железнодорожные узлы, мосты, корабли в море. Только за один день 24 октября они уничтожили 70 танков, 220 автомашин с пехотой и боеприпасами, 6 цистерн с горючим, 4 зенитных орудия фашистов. Летчики понимали, что на карте стояло само существование Отечества. Летные экипажи, командиры авиачастей, их штабы, и, конечно инженерно-технический состав и батальоны аэродромного обслуживания трудились не покладая рук днем и ночью.
Основную часть времени службы в годы войны Лев Леонидович провел в 91-й авиадивизии и в 1-й гвардейской Краснознаменной Орловско-Берлинской авиадивизии, как она именовалась к маю 45-го.
...Прошли первые нервные недели и месяцы войны. Потянулись, казалось, нескончаемые тяжелые будни. Шла тяжелая война, требовавшая напряжения всех физических и моральных сил. От воинов, служивших в Военно-воздушных силах, это требовалось вдвойне и втройне. Постоянные полеты на бомбежку немецко-фашистских полчищ. В сложных условиях — ночью в основном, с полевых
116
аэродромов, зачастую под огнем вражеской авиации — советские летчики прикрывали наши войска, били вражескую пехоту, танки и артиллерию, громили тылы противника. Постоянная ответственность: лучше готовить самолеты, сработать на совесть, — чтобы летчику в небе было удобно, сподручно воевать, бить любого врага, непременно побеждать.
В сохранившемся блокноте Льва Леонидовича от тех времен несколько страниц заполнены записями особенностей самолетов, бывших на вооружении их дивизии. Еще несколько страниц отведено под адреса товарищей по воинской службе и родных. Но вот пять страниц повествуют в хронологическом порядке о городах, в которых дислоцировалась их часть, где формировались полки и дивизия, где получали матчасть, а также, где вели бои. Одни города широко известны, особенно летчикам, другие — мало известны. Вот некоторые из них: 1941 — гг. Брянск, Орел, Елец, 1942 — гг. Монино, Балашов, Кирсанов, 1943 — гг. Рязань, снова Монино, 1944 — гг. Выползово, Чернигов, Барановичи, 1945 — гг. Шауляй, Белосток, Гомель, Бяла-Подляска... Здесь пролегал его боевой путь в годы войны.
Записи в блокноте дополняются сохранившимися деталями, найденными в письмах дочерью Ириной Львовной (по рассказам матери): 10 января 1944 г. получил повышение, перешел в управление дивизии, 9 сентября 1944 г. награжден орденом Отечественной войны 1 степени, в том же 1944 г. при налете вражеской авиации он получил ранение пулевое в руку, но скрывал это от родных до конца войны, 10 февраля 1945 г. еще одно повышение: назначен заместителем главного инженера авиадивизии...
Эти строки пишутся осенью 2003 года, Льва Леонидовича уже нет в живых, и не у кого спросить подробности, уточнить что-то, а рассказывать о своей службе, особенно во время войны, он не любил...
Среди орденов и медалей, которых удостоен Лев Леонидович, стоит остановиться на медали «За взятие Кенигсберга».
Столица Восточной Пруссии была особенно тщательно подготовлена к обороне и защищалась упорно. Большую роль играла в штурме крепости наша авиация. Ею командовал здесь маршал авиации А. А. Новиков. Вместе с фронтовыми летчиками и балтийцами удар наносила и 18-ая Воздушная армия, бывшая АДД. О высоких темпах и масштабах действий авиации говорит такой факт: только за один день 7 апреля советская авиация произвела здесь 4700 самолетовылетов и сбросила на крепость и другие укрепления противника более 1500 тонн бомб! Как признавали генералы рейха, Германия потеряла здесь 100-тысячную армию.
Взятием Кенигсберга и штурмом Берлина закончилась для Л. Л. Кизина Отечественная война. Он так осмысливал ее итоги:
117
— Я никогда не забываю о том, что мне, вернувшемуся с войны живым, фактически дарована жизнь во второй раз. Там, на фронте, заложились основы тех нравственных представлений, которые определяют мое отношение к людям, к жизни, и, надеюсь, отразились в моей работе... Я сделал все, что требовалось сделать на земле, чтобы летчики в небе успешно били врага...
После окончания военных действий Лев Леонидович продолжал службу в авиачастях. Польская Народная Республика, Прибалтика, Украина — это места базирования их. Вместе с ним переезжает из города в город его семья. Как вспоминает вдова Льва Леонидовича Динара Михайловна: «Он и в мирное время отдавал всего себя военной службе».
О послевоенной жизни Льва Леонидовича вспоминает его дочь Ирина Львовна:
— Отец наш был очень цельной личностью. Сам он обладал волевым характером и старался привить это качество и нам. Нас в семье было трое детей: я, сестра и брат. После войны, когда вся семья жила вместе, он уделял много внимания детям. Несмотря на трудности различного характера, он собирал библиотеку, где главное место занимала художественная литература, классическая и современная. Увлекался он также и музыкой. Он собирал фонотеку и мы могли слушать произведения отечественных и зарубежных композиторов. Затем появились репродукции картин различных художников. Обо всем этом он беседовал с нами вечерами и в выходные. Любовь к прекрасному, воспринятую нами от родителей, мы
В семье всегда царила дружеская атмосфера. Папа с мамой прожили вместе 65 лет — это говорит о многом.
Конечно, как инженер, папа им остался до конца. Вспомнился такой факт: когда мы жили в Смоленске, он написал книгу «Как ухаживать за самолетом», ее издали (правда с грифом «Для служебного пользования»), а на гонорар приобрел автомашину «Победа». Еще он любил рыбачить, фотографировать...
Это был правильный человек!
Воинская служба Льва Леонидовича завершилась в 1963 году по истечении 25 календарных лет в кадрах. На плечах погоны полковника, на груди 5 орденов — Красного Знамени, Отечественной войны 2 и 1 степеней, Красной Звезды и 19 медалей, в том числе за выслугу лет, за оборону Москвы и Сталинграда, за взятие Кенигсберга и Берлина, юбилейные и памятные; в личном деле — запись о последней должности — главный инженер авиационного корпуса.
Понятие «заслуженный отдых» для Льва Леонидовича оказалось не приемлемым — после небольшого отдыха он пошел работать: сначала в Дом научно-технической пропаганды, затем в Центральное
118
бюро технической информации Подольского совнархоза в г. Виннице на Украине. В должности старшего инженера он работает над совершенствованием производства, созданием новой техники, пропагандирует передовой опыт. В последующие годы, с 1971 по 1980 гт., он трудился на электротехническом заводе. Наряду с выполнением производственных заданий Лев Леонидович активно участвует в рационализации производства. Его труд отмечен многочисленными благодарностями, ценными подарками.
Прожитые непростые годы, состояние здоровья заставили Льва Леонидовича завершить трудовую деятельность. В 1995 г. он переехал к дочери — в уральский город Снежинск. Здесь 3 мая 2001 г. закончился его славный жизненный путь.
119