Фотоархив > На службе отечеству > Книга 3
Беседа с Тимофеем Матвеевичем Баталовым
Недавно ему исполнилось 85 лет.
Он родился в 1918 году в семье крестьянина села Воздвиженка, что рядом с нашим городом. Отца не помнит, жил у тётки. С детских лет трудился — пас лошадей, плотничал на стекольном заводе. Когда подошли годы — женился. А в 1939 году был призван в Красную Армию. Воинскую службу начал в танковой части, в городе Ленинакане, в Армении. Первоначальное обучение прошёл успешно, многому научился, а главное — технику, свой танк полюбил.
— Вот наступил 41-й год, — рассказывает Тимофей Матвеевич, —
188
когда началась Отечественная война, — обстановка стала тревожной: в любой момент против нас могла выступить Турция, да и Иран фашисты Германии стремились склонить на свою сторону. Советское правительство совместно с Англией ввело войска в Иран, чтобы не допустить этого.
Наша 50-я танковая бригада своим ходом через горы быстрым маршем перешла границу. Это был трудный поход: танки БТ-7 шли по узким горным дорогам, солнце здорово пригревало, в машине становилось очень жарко. Но в назначенное место дошли вовремя. Горы и ущелья внешне схожи с нашими, но Урал весь покрыт лесом, а там голые скалы, в долинах одни камни. По руслу горного ручья туман, сырость. Дорога виснет над пропастью. Попадаются караван-сараи, но это пустующие помещения. Редко встречались персы, молчаливы и угрюмы. В поселениях сидят на плоских крышах жители, слышится монотонное пение или молвят молитву... Служба была нелегкая, к тому же, ведь это была чужая страна, непонятный язык и обычаи. Потом Иран заключил договор с Англией и Советским союзом о вступлении в войну против Германии.
— В конце 41-го нас отозвали из Ирана, мы вернулись в Ленинакан. А военные действия против фашистов шли упорные. Вскоре мы переехали в Новороссийск, а оттуда в Керчь. Бои за город были сильные: немецкие самолёты двое суток бомбили, потом пошли танки и пехота. Город оставили, но сражение за Крым продолжалось. С начала мая 1942 года наши части начали наступление на Керченском полуострове. В этом сражении меня контузило, а 17 мая ранило в правую руку.
После лечения в госпиталях, как вспоминает Тимофей Матвеевич, его направили в батальон аэродромного обслуживания (БАО), который обеспечивал наземную службу авиадивизии. Заправляли боевые машины горючим и смазочным, а прежде — боеприпасами. В задачу БАО входил и прием самолётов на площадку, тщательный осмотр и подготовка к новому боевому заданию.
— Наша авиация действовала непрерывно, — продолжает Г.М.Баталов. — Лётчики поддерживали наземные войска на Таманском полуострове, в Донбассе. Но особенно ожесточённые бои вела наша 2-я воздушная армия в Курской битве. Самолёты нашего 25-го авиаполка возвращались с большим числом повреждений, да и не все приходили на свои аэродромы, были большие потери. Нам тоже приходилось много работать: успеть оттащить с посадочной площадки, в темпе заправить машину, а ремонтники тоже торопились с ремонтом. Мы под Курском победили, наши летчики стали хозяевами в воздухе.
Победа на Курской дуге вдохновила советских воинов. Впереди было ещё много боёв, ещё не вся оккупированная земля была -
189
освобождена от фашистов, но мы все верили в скорую и окончательную победу над сильным врагом.
Т.М. Баталов рассказывал корреспонденту:
— Не могу забыть, какие сильные бои проходили за Днепр. Пехота преодолевала реку на лодках, артиллерия и танки — на понтонах. На самолётах забрасывали десанты. Наши воины захватывали вражескую оборону. В состав десантов входили радисты, они по рации передавали лётчикам своё место расположение и цели для огневой обработки. Затем наша авиадивизия участвовала в освобождении Правобережной Украины, большого города Львов. Затем освобождали Польшу, она сильно пострадала во время оккупации. Ну а потом была Венгрия, длительные бои за Будапешт. И, наконец, Германия, вот где здорово бились! Тут мы и встретили Победу.
Продолжает Тимофей Матвеевич рассказ:
— То было трудное время. На Урале и многих других районах случилась засуха. Вследствие неурожая хлеба и других продуктов не хватало. Пришлось подтянуть ремень потуже. Наше поколение было закаленным, оно и это испытание преодолело. Все жили мечтой о будущем и усердно трудились. Много строили. И я пошёл на стройку — в Вишневогорск. Хороший город возвели.
В 1956 году переехал на новую стройку — в Челябинск-50. Работал в автотранспортной конторе, потом в отделе пожарной охраны (ОПО-7). Служба строгая, ответственная, военизированная. Много уделяли внимания предупреждению пожарной опасности, профилактике. А когда случалась беда, то действовали быстро, смело и умело. Как показали годовые итоги — загорания были редкими и убытки — малые.
На службе время летело незаметно: не успели оглянуться, как говорится, и уже пришла пора идти на пенсию.
На заслуженном отдыхе Тимофей Матвеевич не сидит сложа руки, не проводит время за игрой в домино. Он верен своей старой специальности строителя. Помогает возводить дома и другие строения в поселках и садах. Любимое дело — класть печи. Давно научился катать валенки. Не разучился тачать сапоги, туфли. Цел инструмент. Конечно, здоровье не то, и зрение ухудшается, но просят родные и близкие, что-то сделать, починить. И Тимофей Матвеевич не может отказать. И растут на земле домики, радуются люди обновкам из его рук.
Корреспондент в конце беседы спросил Тимофея Матвеевича: что для него счастье?
— Счастье? Счастье в том, что остался жив, участвуя в войне, и живу до сих пор. Могу работать. Приношу людям пользу и маленькие радости: чем могу — тем помогу. И люди мне помогают. Вот беда:
190
супруга моя Мария Алексеевна несколько лет тяжело болела, недавно умерла... Плохо, что пенсионеры и ветераны отдельным лицам не нужны становятся. Но я считаю, что мы России ещё нужны!
А. ПЕНЗИНА
(по материалам «Нашей газеты», май 2000 г.)
191